Практика далеко не бесспорная. Врачи

Практика далеко не бесспорная. ВрачиИсторию Древнего Египта, в том числе и историю медицины, сохранили надписи в погребальных камерах пирамид, надписи на саркофагах и свитки папирусов.

Самый древний из известных «медицинских» папирусов — Ка – хунский (1850 год до н. э.) — посвящен женским болезням.

Наиболее полные папирусы Эберса и Смита — созданы примерно за 1550 лет до н. э. Первый содержит сведения о заболеваниях частей тела, второй — об анатомии и хирургии. Более поздний папирус Бругша (1450—1350 лет до н. э.) — первое, дошедшее до нас, руководство по педиатрии.

Египтологи обратили внимание на, казалось бы, парадоксальный факт: в наиболее древнем Кахунском папирусе описаны рациональные приемы, методы лечения, лекарства и почти нет рекомендаций мистического характера; в более позднем папирусе Эберса рациональные советы и предписания сопровождаются множеством таких рекомендация, а в папирусе Бругша рациональное буквально теряется в мистике, молитвах, заклинаниях, магических методах и ритуалах.

Однако такое положение вполне закономерно, поскольку обусловлено историческими особенностями становления государства и его религии. Наиболее древние рукописи, обобщавшие опыт народной медицины, создавались в начальный период образования государства при еще не прочном положении жречества и не успевшей пустить глубокие корни религии. Более поздние «медицинские» папирусы относятся ко времени сильной державы, влиятельные жрецы которой подчинили религиозной идеологии все сферы жизни. В результате свободно развивавшаяся народная медицина пре-вратилась в храмовую, догматическую, подчиненную строжайшей регламентации.

Книги Тота создавались жрецами, которые собирали и записывали советы и рецепты. Рукописи хранили в храмах. До определенного времени доступ к медицинским знаниям был свободным. Каждый грамотный (весьма существенная оговорка) мог ознакомиться с медицинскими книгами и выбрать подходящее, по его мнению, лечение. Практика далеко не бесспорная. Врачи хорошо знают, к каким последствиям приводит самолечение. Прекращение доступа непосвященных к медицинской литературе можно трактовать как заботу о больных, но такую практику обусловила не забота о ближнем, а объективная логика укрепляющейся и развивающейся религии. Книги Тота были объявлены священными, их содержание — раз и навсегда данной и неизменной догмой, нарушение которой каралось смертью. Даже успешное лечение, проведенное с отступлением от положений и предписаний герметических книг, не освобождало от сурового наказания. Если больной погибал, но лечение было проведено в строгом соответствии с каноническими книгами, врач ответственности не нес.