Наука преподносит сюрприз

Наука преподносит сюрпризИ все же, несмотря на явные пережитки средневековья, XIV— XVI века в истории Западной Европы, XV—XVII века в истории России — великая эпоха, знаменующая коренной перелом во всех областях и сферах деятельности общества, открывшая путь к новым успехам, новым достижениям на пути прогресса.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Каждая эпоха не начинается со строго календарной даты и не строгой календарной датой заканчивается, однако существуют общие закономерности и тенденции, позволяющие очертить ее.

Такие тенденции и закономерности дают основание объединить XVII, XVIII и XIX века в исторический период, именуемый НОВОЕ ВРЕМЯ.

Новая формация рождает новые потребности, ритм и стиль жизни, отношения между людьми. «Все полезные вещи изобретаются в свое время», — сказал Франсуа Рабле; если же случаются озарения раньше времени, то они по большей части безрезультатно исчезают.

Каждую формацию можно в какой-то степени сравнить с кентавром, голова которого гордо устремлена вверх, в будущее, а копыта крепко держат в прошлом. Эта двойственность, пожалуй, наиболее ярко отразилась в личности и трагической судьбе Роджера Бэкона, гениально предвидевшего реальности Нового времени — самолет, пароход, огнестрельное оружие, телескоп, казавшиеся в его XIII веке фантазиями. «Вдумчивый естествоиспытатель, глубокий мыслитель, изобретатель-фантаст… (считавший)… опыт и наблюдение… в совокупности единственным источником и мерилом истинного знания… вовсе не ниспровергатель основ. Нет! борец, неутомимый, самоотверженный. Но не против, а за кристальную чистоту раннехристианского, не замутненного десятью столетиями канона… Два десятка лет заточения — расплата не за еретизм (еретиком в полном смысле он не был) — за инокультурность». За инокультурность преследовали ученого и богослова, за инокультурность приковали к стене его книги.

Наука преподносит сюрприз за сюрпризом: космогонические теории, эволюционную теорию, открытие причин ряда болезней. Под давлением фактов, церковь признает новые открытия, но упорно продолжает отстаивать принцип непознаваемости мира, а успехи науки объявляет лишь успехами в дозволенной области. Следует признать: у такой позиции глубокие корни.