Помогал доктор Кинглэк. «В тот момент, когда

Помогал доктор Кинглэк. «В тот момент, когдаГомер сообщает о чудесном напитке, избавляющем от боли и страха, который давала воинам Елена Прекрасная. Предполагают, что действующее начало чудодейственного напитка — опий, мандрагора или индийская конопля, известные народам Востока и Средиземноморья с глубокой древности. В период Средневековья эти наркотические средства — основное действующее начало так называемых сонных (хирургических) губок. Современная медицина широко использует препараты, полученные из наркотических веществ — атропин, морфин, кодеин.

Повсеместно для обезболивания применяли алкоголь. К счастью, все эти методы в прошлом.

Современная операционная — торжественный храм науки, в котором священнодействует хирург. Операционные сравнительно недавнего прошлого (по свидетельству современников) — бойни, где возились хирурги-мясники. Такая действительность определяла положение хирургов в обществе и в медицинской иерархии — парии. А как иначе можно относиться к ним, которые одно время рекрутировались из палачей?… Представим глубину пренебрежения и презрения аристократов-терапевтов к плебеям-хирургам… А между тем из века в век шли в хирургию, в не престижную профессию, люди, движимые любовью и состраданием. И только тот, кто не хотел, не видел чего стоит внешняя невозмутимость, когда скальпель вонзается в живую плоть…

На пути прогресса медицины стояла БОЛЬ и жизнь требовала решить проблему обезболивания.

Современная история борьбы с болью началась в 1800 году. Она полна событиями, подчас драматическими, подчас комическими; самоотверженностью и мелкими страстишками, озарениями и косностью.

Вначале было дело, только потом слово. Много слов… Одни скрывали истину, другие пробивались к ней. Теперь история великого открытия восстановлена в деталях.

Судьба Хэмфри Дэви, поступившего шестнадцатилетним мальчиком помощником к хирургу Джону Борлезу, казалась предрешенной, но хирургия юношу не увлекла. В 1798 году он начинает работать в Пневматическом институте (Клифтон), где целенаправленно изучают свойства различных газов. Подопытные молодого ученого — кролики. И он сам. Много раз, надышавшись очередным газом, Дэви тяжело болел, а поправившись, принимался за новые опыты. Дошла очередь до закиси азота. Экспериментатор поднес флакон к носу кролика, тот вдохнул раз, другой, третий и… заснул. Вскоре проснулся. Засыпали и другие кролики, но просыпались не все. Опасно! И вновь опыт на себе. Помогал доктор Кинглэк. «В тот момент, когда я начал вдыхать 20 квартов закиси азота, — рассказывал потом Дэви, — я немедленно испытал ощущение легкой дрожи, пробежавшей от грудины к конечностям. У меня было чувство, доставлявшее огромное наслаждение, како – го-то ясно осязаемого растяжения во всех членах; мои зрительные впечатления стали очень яркими и как бы увеличенными; я ясно слышал каждый звук в комнате и совершенно ясно отдавал себе отчет в том, где я находился. Постепенно, с усилением приятных ощущений, я стал терять связь с внешней обстановкой; в моем воображении проносились вереницы ярких зрительных образов, связанных со словами, так что у меня создавался ряд совершенно новых представлений. Я существовал в мире идей по-новому пре-ображенных и по-новому между собою связанных; я рассуждал, я воображал, что делаю открытия. Когда доктор Кинглэк разбудил меня из этого полубредового транса, сняв мешок с моего рта, моими первыми ощущениями при виде окружавших меня людей были чувства возмущения и гордости».