Не в первый и не в последний

Мир музыки хранит тайны, которые, возможно, окажутся вехами на пути познания граничных истин — сознания, мышления, памяти.

Одна из тайн — музыкальные галлюцинации: длительное звучание (в голове) одной или нескольких мелодий. Музыкальные галлюцинации исследователи считают принципиально отличными от кратковременного спонтанного возникновения мелодий, что знакомо большинству людей. «Мотив прицепился». «Прицепился» и «отцепился».

У одного на десять тысяч музыкальные галлюцинации длительные, но в отличие от других галлюцинаций не вызывают искажение реальности и изменение поведения. Музыкальные галлюцинации одних утомляют, других раздражают, а некоторым доставляют удовольствие или помогают в работе. Роберт Шуман, например, говорил, что пишет под диктовку призрака Шуберта.

В настоящее время известны специфические нейроны, обрабатывающие музыку; известна структура мозга, названная «первичной слуховой корой»… Исследования на старте.

От музыкальных галлюцинаций отличаются, но, возможно, каким-то образом с ними связаны музыкальные сновидения, иногда эвристические.

Другая тайна — синестезия (сочетание чувств).

«Я всегда был подвержен чему-то вроде легких, но неизлечимых галлюцинаций. Одни из них слуховые, другие зрительные, а проку от них никакого». Так начинает Владимир Владимирович Набоков свою «Исповедь синэсиста».

Заявив, что от синестезии (или audition coloree — цветной слух) «проку… никакого» писатель, тем не менее, пристально вглядывается и пытается анализировать загадочный феномен. Не в первый и не в последний раз искусство идет впереди науки, предвидя или провидя ее будущие открытия.

Итак, синестезия заключается в том, что на один раздражитель отвечают два или более органа чувств. Например, звук, воспринимаемый как звук, одновременно вызывает зрительные образы.